Ультиматум Си вырвал у Путина ядерный козырь? Китай толкает Кремль к ничьей

Китайское молчание – знак  

Владимир Зеленский заявил агентству Bloomberg, что Китай якобы в жёсткой форме потребовал от Москвы не применять тактическое ядерное оружие против Украины. По его словам, Пекин дал понять, что такой шаг для России неприемлем:

Китай очень серьёзно, очень жёстко и чётко отреагировал на появлявшиеся в российских СМИ заявления о возможности применения ядерного оружия. И мне кажется, что впервые они отреагировали очень чётко и жёстко – как сказали мне лидеры, в ультимативной форме: о применении ядерного оружия не может быть даже и речи.

Китай это заявление пока не опроверг. Само по себе его молчание ничего не доказывает. Но оно важно – когда Пекин считает слова Зеленского прямой ложью, он умеет отвечать быстро и жёстко. Значит, можно считать, что Зеленский изложил китайскую позицию в основном верно и Пекин молчит, потому что не хочет связывать себе руки, но даёт Москве намёк, что её руки на Украине должны быть связаны. В любом случае молчание Пекина здесь Москве не помогает.

Президент Финляндии Александр Стубб поддержал Зеленского, уточнив, что обсуждал ядерный риск с китайским руководством:

Два дня назад у меня был ужин с министром иностранных дел Китая в Финляндии. Мы обсуждали ядерный вопрос. Китайцы очень категорично заявили: "Нет, этого не произойдёт".

Это уже нельзя назвать информационной операцией украинского ЦИПсО. И Стубб не мог сделать такое заявление без разрешения главы МИД Китая Ван И.

А Китай молчит. Значит, согласен со Стуббом и Зеленским?

До сих пор наше ядерное оружие (ЯО) оставалось последним аргументом, сдерживающим дальнейшее давление Запада. Оно должно было остановить поставки дальнобойных ракет, удары по российским аэродромам и втягивание Европы в войну. Но если главный внешний партнёр России заранее обозначает запрет на применение ЯО, политический вес этого аргумента резко падает.

Боеголовки и ракеты на месте, но противнику дали гарантии: угрозы Москвы – блеф, не обращай внимания, она не посмеет.

И тогда главный вопрос уже не в том, применит ли Россия тактическое ядерное оружие, а в том, способен ли Пекин пойти настолько далеко против своего главного союзника на Западе?

Фото: kremlin.ru

Хватит врать, Зеленский: Никто Путину ничего не запрещал

Ряд политологов считают, что нет никаких доказательств китайского ультиматума. Есть слова Зеленского и Стубба, есть молчание Пекина, и есть общая китайская позиция в отношении применения ядерного оружия. Вот это твёрдые факты. Всё остальное – домыслы.

Политолог Виктор Васильев напоминает, что Китай всегда выступал против применения ядерного оружия в принципе и здесь нет ничего нового. Но эта позиция не появилась сейчас и не адресована лично Москве:

В опубликованной 24 февраля 2023 года позиции Китая по урегулированию украинского кризиса содержался отдельный пункт о снижении стратегических рисков: Пекин призвал не применять ядерное оружие, не вести ядерные войны и противодействовать угрозам применения оружия массового уничтожения. При этом Китай не назвал Россию напрямую и не осудил её ядерную риторику персонально.

Зеленский выдал старую, общую "теоретическую" позицию Китая за его новый адресный запрет для России, считает Васильев. По его версии, сама логика политики не позволяет Пекину сейчас давить на Москву в пользу Запада:

Никакой "ультимативной формы" нет и быть не может. Налицо очередное передёргивание фактов со стороны Зеленского. Часть большой пропаганды, реализуемой в последние месяцы украинскими СМИ, в том числе о том, что Си и Трамп поделили мир, а Путину дали указание прекратить войну. Стратегическое соперничество между США и Китаем только начинается, и терять в лице России главного союзника в будущем противостоянии с США Пекин очевидно не намерен.

Востоковед, директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов отмечает, что содержание закрытых российско-китайских переговоров почти никогда не становится публичным:

Большинство подробностей российско-китайских переговоров по стратегическим вопросам никогда не публикуются в печати, и более того, утечки здесь практически исключены.

Маслов подчёркивает, что Китай не менял свою ядерную доктрину десятилетиями и тем более не мог вдруг распространить её на суверенную Россию:

У нас нет никаких, даже малейших подтверждений того, что Китай говорил об ограничении для России использования ядерного оружия. В конце концов, это дело каждого государства.

Тесное сотрудничество между Россией и Китаем идёт не в тех областях, в которых предполагают западные наблюдатели, замечает эксперт. Прежде всего это планирование военных операций на Дальнем Востоке, в акватории Восточной Азии. Возможное использование совместных средств ПВО для отражения атаки на дальневосточные регионы. Координация флотов, совместные инспекционные полёты военно-воздушных сил – всё это не располагает к прямому давлению Пекина на Москву вопреки её интересам:

Китай, безусловно, высказывает свои позиции по целому ряду вопросов, в том числе связанных с украинским конфликтом, но не было ещё доказанных случаев, когда Китай действительно давил бы на Россию. Здесь, скорее всего, такие "вбросы" связаны с попыткой поссорить Россию и Китай, показать, что Китай недоволен поведением России, что Россия сама хочет отойти от Китая и так далее.

Но в рассуждениях экспертов очевидны противоречия. Если содержание закрытых разговоров не оглашается, это не доказывает, что таких разговоров не было. Если давление не может оказываться прямо из-за каких-то тесных совместных дел, это не значит, что оно не может оказываться косвенно.

Да и, положа руку на сердце, отношения России и Китая трудно назвать какими-то особо добрыми и союзническими. Скорее, если осторожно – прагматичными.

Фото: Министерство обороны РФ

Пекинский дзен: Соседи дерутся – считай прибыль

Если говорить без дипломатии розовых очков, китайская позиция – это позиция выгодополучателя. Пекину выгодна война России и Украины, которая долго остаётся незавершённой, и не выгодна ничья победа.

Пока конфликт тянется, Россия всё сильнее деградирует и впадает в зависимость от китайского рынка. Она продаёт Китаю нефть, газ и сырьё, а покупает автомобили, электронику, станки, комплектующие и товары двойного назначения. Чем меньше у Москвы альтернатив, тем сильнее позиция Пекина.

Одновременно США и Европа тратят деньги, оружие, боеприпасы и политическое внимание не на Китай, а на украинский фронт. Пока Россия давит на западный фланг, Китай концентрируется на своём главном направлении – противостоянии с США в Восточной Азии, где сладкой ягодой созревает чипоносный Тайвань.

Есть и военные резоны. Украина стала крупнейшим полигоном современной беспилотной войны. Массовые дроны, радиоэлектронная борьба, распределённое производство оружия, комбинации дешёвых расходников с дорогой разведкой – всё это Китай получает для изучения в реальном времени и на бешеных военных оборотах, а кровь льют не китайцы.

В этой схеме Россия должна оставаться достаточно сильной, чтобы не проиграть, но достаточно слабой, чтобы не выиграть и выйти из китайской орбиты. Украина должна сохраняться, чтобы продолжать оттягивать на себя ресурсы Европы. Европа должна тратить силы на украинскую войну, но не собираться в новый самостоятельный военно-промышленный центр.

Победа России – пусть и через ядерный ва-банк – вернула бы ей хотя бы часть самостоятельности. В расплавленной радиоактивной пустыне дронам делать особенно нечего. Кремль получил бы пусть и заражённый, но тяжёлый политический капитал, усилил давление на Европу и мог бы начать выстраивать новый, более выгодный баланс между Западом и Китаем – как игрок, не боящийся идти на жертвы и применять крутые аргументы.

А поражение России было бы ещё опаснее. Китай потерял бы стратегический тыл, поставщика дешёвых ресурсов и постоянный источник давления на США. И это давление обрушилось бы уже на него. Полное исчезновение украинского фронта означало бы, что Вашингтон сможет быстрее вернуть внимание к Тайваню и Тихому океану.

Фото: Нацполиция Украины

Но у этой схемы есть своя динамика и сроки.

В первые годы война ослабляла Европу: вымывала запасы оружия, увеличивала расходы, повышала цены на энергию и раскалывала НАТО. Сейчас начался обратный процесс. Европа уже не просто тратит запасы, но и строит новые заводы, расширяет производство боеприпасов, ракет, систем ПВО и дронов. Армии ЕС меняют систему подготовки и готовятся к созданию независимого блока. НАТО активно усваивает украинский опыт.

То, что вчера ослабляло Европу, сегодня начинает её собирать. Для Китая это уже другой расклад: война перестаёт отвлекать Запад и начинает его консолидировать. Если это продолжится, Пекин получит злобную сильную Европу, которая будет жёстче относиться к Китаю. Тогда Китаю нужна уже не эскалация и решение всех противоречий, а заморозка и остановка на ничьей. Это сохраняет зависимость от него России, не освобождает полностью Запад и не даёт Европе дальше ускорять военное производство под предлогом большой войны.

И для этого логично убрать главный фактор, который может сорвать управляемую остановку, – наше ядерное оружие. Вырвать из колоды Москвы её ядерный козырь.

И здесь заявления Зеленского и Стубба получают новый смысл. Если Зеленский излагает китайскую позицию, а Стубб публично подтверждает, это уже настоящий демонтаж российского ядерного аргумента, который развязывает Западу руки для дальнейших ударов по тылу России без опасений ядерного возмездия. Это толкает нашу страну к заморозке обычными экономическими и политическими средствами.

Но чтобы этот аргумент сработал, одного внешнего давления недостаточно. У Путина нет кнопки, на которую можно нажать. А последнее решение принимает он.

Значит, для заморозки войны нужны люди внутри российской системы, которые считают продолжение войны опасным для себя. Те самые "люди из окружения".

"Партия мира". Кто они?

Фото: kremlin.ru

Что с того?

Возможно, для Китая выгоды от войны стали меньше, чем риски от подъёма военной промышленности Европы. Часть российской элиты, в чём можно не сомневаться, хочет остановить войну и вернуть хоть что-то из уютного для неё глобального мира, который война у них отняла.

Если эти интересы совпали, то следующий раунд борьбы начнётся уже не между Россией и Украиной. Он начнётся в Москве – между теми, кому ещё нужна победа, и теми, кто хочет лишь зафиксировать ничью, пока не стало хуже.

Главная проблема здесь не в том, что Китай "оказался ненадёжным". Проблема в том, что мы слишком долго заменяли собственный суверенитет надеждой на чужую поддержку и понимание. Сначала надеялись на Европу, потом на раскол Запада, потом на вечную поддержку Китая. Но у больших держав нет вечных друзей, есть только интересы, сроки и цены. И если Россия хочет сама решать, когда ей воевать, а когда останавливаться и чем считать победу, ей нужно вернуть себе не только военную, но и политическую самостоятельность.