Они уже захватили Россию: Цифры, о которых не говорят. Почему мигрантам нет хода в Чечню и Дагестан

Опасная концентрация людей и денег

Больше всего мигрантов сегодня там, где лучше всего состояние экономики. И где выше уровень жизни. Это понятно любому. Тут вне конкуренции Москва и Подмосковье. По данным за 2025 год на их долю приходилось почти 45 % всех официально зарегистрированных мигрантов: 26,2 % в столице и 18 % в Московской области. Если прибавить сюда ещё Петербург с Ленобластью (суммарно 12,7 %), то выходит, что почти 60 % приезжих приходятся всего на две крупных агломерации.

При этом в них проживает около 21 млн человек (13,3 млн в Москве и области; 7,5 млн – в Петербурге и области). То есть седьмая часть всего населения России живёт в двух мегаполисах и на прилегающих к ним территориях. Перекос изначальный, фундаментальный и ненормальный! На эти же регионы приходится 35 % экономики России.

А если прибавить к ним ещё пять – Татарстан, Свердловскую область, Краснодарский, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий края, то это уже будет половина всей экономики! Поэтому стоит ли удивляться, что в Москве ежегодно вводится в эксплуатацию по десять станций метро, а в некоторых  регионах (например, в Архангельской области) между важными населёнными пунктами до сих пор отсутствуют асфальтовые дороги? В городе моего детства – столице Северного флота Североморске (с населением на данный момент в 43 тысячи человек) – в 2020 году было всего две детские площадки с горками и качелями, а в Петербурге такие имелись почти в каждом дворе.

Один перекос (демографический) влечёт за собой другой (экономический) и исправляется третьим ("мигрантским"). Вот только исправляется ли? Или, может быть, ведёт к другим перекосам? Например, криминальному. Рост преступности среди мигрантов намного выше, чем у коренного населения, и сами преступления более тяжкие.

Если бы распределение экономики и денег в России было иным – более равномерным, то и проблема миграции так остро бы не стояла. В частности, гастарбайтеры более равномерно распределялись бы по территории страны и не было бы очагов их повышенной концентрации со всеми сопутствующими побочными "болезнями" – коррупцией чиновников, влиянием диаспор, армией посредников, которые кормятся на легализации иностранцев, параллельных мигрантских структур, подпольных мечетей и так далее. Как, впрочем, и не было бы других проблем.

Например, если бы экономическая активность приходилась не только на несколько крупных центров, но и на средние и малые города, то в России было бы гораздо больше НПЗ – соответственно, тоже некрупных, и враг замучился бы такое количество выводить из строя дронами и ракетами.

Где мигрантам больше рады

В 2025 году больше всего трудовых мигрантов после Москвы, Петербурга, Московской и Ленинградской областей находилось в Татарстане, Свердловской, Новосибирской, Нижегородской, Иркутской, Амурской областях и Приморском крае.

Нетрудно заметить, что здесь тенденции две: это промышленно развитые регионы и (или) относительно близко расположенные к странам Средней Азии – до них проще всего добираться. А вообще, где мигрантов только нет.

Есть ещё такой фактор, как отношение местных властей. Оно разное. Зависит, в частности, от влиятельности некоторых особо укоренившихся в регионе диаспор. Где-то власть просто руководствуется иными соображениями.

Например, очень лояльно к мигрантам относятся в Татарстане. Весной прошлого года в России ввели тестирование детей мигрантов на знание русского языка для приёма в школы и проверку документов у их родителей. И сразу же число заявлений о приёме таких детей резко сократилось. Кое-где аж в десять раз! Причин две. Либо дети мигрантов настолько не знают русский язык, что родители даже не рискуют допускать их к экзамену. Либо у родителей с их правовым статусом нахождения в России не всё в порядке.

В 2025 году в школах ужесточили тестирование на знание русского языка. Коллаж: Царьград

В целом по России отсев составил 87 %. Но вот в Татарстане был зарегистрирован феномен: там отсеялся только 31 % детей мигрантов! Да и то в основном из-за проблем с документами. А, собственно, экзамен сдали почти все. Напрашиваются два вывода: либо в республику приехали мигранты с особо одарёнными детьми, либо экзаменаторы относились к ним почти в три раза лояльнее, чем в среднем по России. Эта лояльность может быть продиктована, например, стремлением искусственно увеличить в республике долю мусульманского населения (сейчас его численность в Татарстане вовсе не является подавляющей).

Запреты, которые плохо работают

В июне Торгово-промышленная палата обнародовала информацию о количестве регионов, в которых введены ограничения на труд мигрантов. Таких оказалось 52. Запреты в основном касаются работы в сферах прямого контакта приезжего и местного населения – такси, торговле, доставке. Они действуют даже в "красной мигрантской зоне" (за исключением Москвы).

Так, например, в Петербурге иностранцам нельзя трудиться таксистами и курьерами, в Ленобласти – таксистами, в Московской области – в общепите, торговле алкоголем и табаком, в сферах образования, медицины, досуга и спорта, если речь идёт о непосредственном взаимодействии с населением.

В вышеупомянутом Татарстане тоже действуют запреты – на работу в такси, охранниками, а также в очень специфических сферах – ветеринарии, перевозки опасных грузов, финансовой и страховой деятельности, игорного бизнеса, лотерей, ремонта компьютерной и бытовой техники (интересно, много ли мигрантов стремятся в них попасть?).

Больше всего ограничений в Краснодарском крае и Калининградской области. Оно и понятно. Эти регионы сейчас одни из самых востребованных для переезда среди самих россиян. В Краснодарском крае мигрантам можно работать только на строительстве социальных объектов. Большой список запретов и в Калининградской области – такси, автобусы, торговля, производство продуктов, школы, детсады и так далее.

Вот только строгость эта больше похожа на отчётность, потому что на самом деле запреты распространяются далеко не на всех приезжих. А только на тех, кто работает по трудовым патентам (2,3 миллиона человек). Иностранцы с разрешением на временное проживание (РВП) и с видом на жительство (ВНЖ) могут спокойно их игнорировать. Так же, как граждане стран Евразийского экономического союза – белорусы, казахи, армяне, киргизы. Ну и, разумеется, те, кто оформил себе российские паспорта. А таких очень и очень много.

Только в 2025 году их получили 110 тысяч приезжих – в основном из Таджикистана, Казахстана, Украины, Армении и Узбекистана. Да, заявлено, что по сравнению с предыдущим годом это число сократилось аж на 30 %. Но до этого-то было гораздо больше. Причём 78,5 тыс из них приходится на таджиков – ещё один непонятный перекос.

Этот поток сокращается. Коллаж: Царьград

В декабре 2025 года гастарбайтер-таксист из Средней Азии сбил трёх студенток на пешеходном переходе в Калининграде. И никакие запреты на работу в такси ему не помешали это сделать, так как машину он взял в аренду у другого человека, а заказы на перевозки принимал через один известный агрегатор. Жители Калининграда рассказывают о нарушениях аналогичных запретов в торговле и общепите.

Не так давно автор этих строк вызвал такси в Петербурге. Через тот же самый известный агрегатор. И за рулём тоже сидел мигрант, взявший машину в аренду у местного жителя. Он рассказал, что его недавно за нарушение тормозили гаишники и предложили заплатить штраф: либо официальный (но тогда информация о мигранте за рулём попадёт в МВД), либо неофициальный – на большую сумму, но тогда о том, что он нелегально таксует, никто не узнает. Водитель выбрал второе.

Традиционные ценности избавляют от проблем

Так что запреты на профессии сами по себе не являются панацеей от перекосов в миграции. А что является? Ответ даёт та же статистика. Меньше всего мигрантов сейчас находятся на севере – в местах с суровым климатом, в слабо развитых экономически райцентрах русской глубинки, на новых прифронтовых территориях, где жизнь ещё суровее, чем на севере, а также в республиках Северного Кавказа. Особенно в Чечне, Ингушетии и Дагестане.

Последнее можно назвать феноменом. Во-первых, условия там для мигрантов не суровые, а, наоборот, благоприятные – тёплый климат. Во-вторых, нет никаких запретов на мигрантскую трудовую деятельность. В-третьих, там живут мусульмане-единоверцы. Но мигранты туда не едут. По двум причинам. Потому что из-за высокой рождаемости у местного населения они там вообще не нужны. И, кроме того, в этих республиках действует примерно такая же традиционная мораль, как и на родине мигрантов. И они знают, что любая их выходка, любое проявление неуважения к старикам, женщинам и местным обычаям будет им стоить гораздо дороже, чем во многих других регионах России. Мораль – вот главный инструмент решения проблем, связанных с миграцией. Да и ликвидации самой миграции как таковой.

Их в России могло бы быть меньше. Коллаж: Царьград