"Не могут бросить, когда захотят": Как лечить игроманов? Жириновский опять был прав
По последним данным, в России 12 процентов взрослого населения (около 13 миллионов человек) – игроманы. Это население целой европейской страны. Главным инструментом в борьбе с зависимостью от азартных игр считается самозапрет. Его можно будет оформить через "Госуслуги" с 1 сентября 2026 года. Действовать он будет в течение года. Поможет ли эта мера в борьбе с ростом лудомании в стране, разбирались с экспертами Царьграда – экономистом, депутатом Госдумы Михаилом Делягиным и заместителем председателя Комитета ТПП России по предпринимательству в сфере спорта, советником генерального директора БК "Фонбет" Николаем Оганезовым.
"Хотят заработать денег, не работая"
Делягин: Насколько остро стоит в России проблема игромании и какова здесь роль букмекерского бизнеса?
Оганезов: Проблема игромании есть, отрицать её просто глупо. Если вы говорите о 12 процентах (зависимых. - Ред.), то ваш коллега говорил о 500 процентах. В январе меня приглашали в Госдуму, где были представители Минздрава, и они официально заявили, что на самом деле можно говорить о 4,9 процента. Это достаточно корректная цифра. Единственное, что здесь непонятно: зависимость от чего? Казино, онлайн-казино, ставок на спорт или лотереи?
– Существует зависимость от онлайн-казино, которые нелегальны, и ставок на спорт, которые легальны. И как отличить зависимость одну от другой, если это, по сути, одно и то же?
Лудомания – это болезнь. Но определить её по медицинским признакам невозможно. Коллаж Царьграда
– Нет понимания зависимости на самом деле. Представители медицинского центра имени Сербского объясняли, что у лудомании нет медицинской симптоматики. Определить зависимость человека по медицинским показателям невозможно. Только по социальным признакам – тому, что он наносит вред себе и своей семье.
Но опять же, что является первопричиной? Патологически зависимых людей из 100 процентов лудоманов процентов 5, максимум 10. Остальные 90 – это безответственные люди, которые просто хотят заработать денег, не работая.
"Клинических рекомендаций нет"
– В среднем каждый игроман спускает на ставках больше 20 процентов своего бюджета. Следовательно, проблема проигрышей лудомана на дистанции автоматически становится головной болью его семьи. Какой выход из ситуации видит индустрия букмекеров? Что она может предложить?
– Ещё лет десять назад, когда существовали обязательные саморегулируемые организации в букмекерском бизнесе, были введены общие правила для всех по самоограничениям. То есть тот человек, который чувствовал, что не владеет собой, не может посчитать деньги и постоянно входит в пике, он мог себя самоограничить. И это действовало в рамках каждой букмекерской компании. В итоге это привело к появлению закона, который вступает в силу с 1 сентября, и любой гражданин может через "Госуслуги" его оформить. Самозапрет действует не менее года.
– Но это если я осознал проблему. Беда зависимости в том, что нельзя бросить, когда захочу. Это мера хорошая, но она не решает глобально вопрос.
– Всегда есть люди, которые от этого страдают. Гражданский кодекс (пункт 1, статья 30) гласит, что члены семьи могут обратиться в суд и признать гражданина ограниченно недееспособным как раз по причине его зависимости от азартных игр. Один депутат предлагает, чтобы члены семьи против волеизъявления самого гражданина получали возможность вписать его в реестр самозапрета.
Таким образом, открывается ящик Пандоры, который приведёт к определённым злоупотреблениям. Владимир Вольфович Жириновский раньше говорил про взаимоотношения в семье: "Сапоги-шуба". То есть, если жена недовольна каким-то поступком своего супруга, она может пойти и вписать его. И ещё одна нехорошая вещь: если супруги находятся в состоянии развода, то присутствие в реестре самоограниченных очень существенно ухудшает переговорную позицию для суда.
Поможет ли самозапрет в борьбе с лудоманией? Вопрос неоднозначный. Коллаж Царьграда
– Человек установил самозапрет, но месяца через три его начинает грызть изнутри. И он пойдёт играть в нелегальные онлайн-казино. Нет реальной защиты, пока мы их не ликвидируем...
– У закона о самозапрете есть минус: он даёт только один вариант – запрет. Аналогичные законы в других странах предлагают человеку ограничения по количеству ставок, по сумме ставок, по периодичности. То есть варианты постепенно уходить от вовлечённости. А когда тебе дают такой вот кризис, то ты действительно можешь не выдержать.
– Также с 1 сентября лудоманов начнут лечить в наркодиспансерах наравне с алкоголиками и наркоманами. То есть теперь можно будет официально приравнять парня, который просадил зарплату на ставках, к алкашу у подъезда. Государство одновременно лечит зависимость – и собирает налоги с этой же зависимости. Какой выход?
– Сложный вопрос. К сожалению, перед тем как кого-то лечить, нужны клинические рекомендации. До сих пор их по лечению лудомании нет.
В сухом остатке
В России нет единой стратегии борьбы с лудоманией. Государство вводит точечные меры вроде самозапрета и лечения в наркодиспансерах, но игнорирует первопричины и отсутствие клинических протоколов. Именно из-за отсутствия медицинских критериев невозможно точно оценить масштаб эпидемии и отличить патологическую зависимость от финансового авантюризма большинства игроков.
Самозапрет – опять же полумера. Его срок – один год. Без альтернативы и гибких лимитов. Если пациент полностью не осознал проблему, то легко отправится спускать свой и семейный бюджеты в онлайн-казино, наплевав на самозапрет. Без жёсткой блокировки теневого рынка азартных игр ничего не выйдет. Также в идее самозапрета велик соблазн манипуляций и злоупотреблений со стороны родственников зависимого.
Ну и самое главное – власть пытается коряво лечить последствия зависимости, которую сама же легализует и облагает налогами через букмекеров. И какого эффекта при таком подходе можно ожидать?