Признание Крыма даст экономике Турции 30-процентный рост

Царьград: Господин Кайя, почему Турция до сих пор не признала Крым российским, хотя политические и экономические отношения идут по восходящей?

Яздан Кайя: Надо понимать, что, даже если Турция и пытается играть независимую роль, она — страна НАТО. А важнейшие решения НАТО основаны на резолюциях ООН. К сожалению, ООН находится под влиянием отдельной группы стран во главе с США, добивающихся гегемонии. Каждая страна должна думать о своих национальных интересах. И открытие Крыма Турции экономически выгодно.

 Глава движения «Крым — Россия — Турция» Яздан Кайя (слева). Фото: Телеканал «Царьград»

Эрдоган должен дать зелёный свет

Ц.: Что должно такого произойти, чтобы Эрдоган признал итоги крымского референдума?

Я. К.: Политическим и экономическим кругам в Турции необходимо чётко заявить о своих требованиях по данному вопросу. Мы отчасти смогли объяснить турецкому обществу выгоду от признания Крыма. Посещение турецкими политиками и мэрами Крыма, которое мы готовим, ускорит процесс.

Ц.: А Эрдоган даст этому зелёный свет?

Я. К.: Эрдоган должен дать зелёный свет. Политическая ситуация в Турции после муниципальных выборов изменилась. В четырёх крупнейших городах: Стамбуле, Измире, Анкаре и Анталье — победили республиканцы. Их новое руководство поддерживает наши призывы о признании Крыма и будет оказывать мощное давление на правительство страны.

Ц.: Вы уже не раз посещали Крым. Какую поддержку Турция может оказать для развития местного туризма?

Я. К.: Турция может поделиться опытом и поучаствовать в развитии Крыма, от чего сама тоже получит экономические дивиденды. Например, в Симферополе построен крупный аэропорт. Главная статья российско-турецкого бизнеса — туризм. В прошлом году в Турции побывали 6,7 миллиона российских туристов. Если Россия будет отправлять из Симферополя туристов, у Турции не будет другого выхода, кроме как принять их.

Крым может стать Чикаго

Ц.: Как Вы считаете, на каком уровне находится туризм в Крыму сегодня?

Я. К.: В него вкладываются огромные инвестиции. В Ялте, Севастополе, Евпатории и Феодосии строят отели. Крым — новорождённое дитя, которое только-только делает первые шаги.

На снимке: слева — заместитель председателя Совета министров Крыма, постоянный представитель республики при президенте РФ Георгий Мурадов, справа — Яздан Кайя. Фото: Телеканал «Царьград»

Ц.: В Крыму есть турецкие компании?

Я. К.: К сожалению, ещё нет. И это большая потеря для Турции. Она, как черноморская страна, не должна следовать в фарватере империалистических государств. Кроме туризма, турецкие компании могли бы участвовать в развитии сельского хозяйства. Известно, что Россия — главный экспортёр пшеницы в нашу страну, а в Крыму есть все условия, чтобы выращивать её.

Ц.: Какова Ваша главная текущая задача?

Я. К.: Моя цель — развивать политические отношения Крыма с Турцией и создать экономическое партнёрство. Оно превратит Крым в экономический центр, такой же, как и Гамбург в Европе и Чикаго в Америке. Благодаря Крымскому мосту товары из стран Японии, КНР, Южной Кореи и Индии смогут попасть в Европу. Участие в этом проекте, по нашим расчётам, даст 30-процентный рост турецкой экономике. Это особенно нужно сейчас, когда наша экономика переживает кризис.

Ц.: Как к Вашей кампании в Турции относятся простые люди и власть?

Я. К.: Простые люди ждут от правительства решительных действий. Если вы не можете сотрудничать с соседями, то не сможете сотрудничать ни с кем. Крым — сосед России. От Самсуна до Евпатории — шесть часов на пароходе. Россия уже вложила 100 миллиардов долларов в Крым. Мы должны пользоваться такой возможностью. Анкаре нужно отказаться от бессмысленного требования (вернуть Крым Украине. – Прим. Царьграда), навязанного извне, и начать зарабатывать деньги.

Мустафа Джемилев работает на ЦРУ

Ц.: Какая из влиятельных партий более активна в вопросе признания Крыма?

Я. К.: Партия справедливости и развития (ПСР), будучи правящей, находится под влиянием решений международных организаций и имеет обязательства. А оппозиция может позволить себе открыто говорить на эту тему.

Ц.: Вы не боитесь санкций?

Я. К.: Я и так нахожусь под санкциями, с тех пор как первый раз посетил Крым.

Ц.: Есть такое мнение, что Эрдоган не признаёт крымский референдум из-за 5-миллионной диаспоры крымских татар в Турции.

Я. К.: Это очень глупый тезис. Османская империя отказалась от Крыма согласно Кючук-Кайнарджийскому договору 1774 года. С тех пор Крым не был турецкой землёй. Признание включения Крыма в состав России так же легитимно, как и референдум 1938 года о присоединении провинции Хатай к Турции. Те, кто поднимают вопрос о правах крымско-татарского населения и говорят о «притеснении» их в Крыму, работают на ЦРУ.

Ц.: За «Меджлисом крымско-татарского народа» (экстремистская организация, запрещённая в России), получается, стоит не турецкая, а американская разведка?

Я. К.: С 1960-х лидер организации Мустафа Джемилев является агентом ЦРУ. За ним не стоит турецкая разведка. Он для Крыма пытается играть такую же деструктивную роль, как и Фетхуллах Гюлен против Турции. Однако надо понимать, что далеко не все крымские татары разделяют позицию Джемилева.

Ц.: Последний вопрос. Вы хорошо знали покойного Андрея Карлова (посол России в  Турции, был убит в 2016 году. — прим. Царьграда). Какой исторический вклад внёс российский посол в отношения между нашими странами?

Я. К.: Да, с Карловым я часто встречался. На моей аватарке в соцсетях — наше совместное фото. Андрей Карлов — дипломатический герой Ближнего Востока, не только российско-турецких отношений...

Ц.: Спасибо большое за интервью!